Первый еврейский колхозный театр нуждается в помощи пролетарской общественности
Существование 1-го государственного еврейского рабоче-крестьянского театра [1] – факт большой политической значимости. Организованный в конце 1931 года [2] на социалистических полях Сталиндорфского еврейского нац[ионального] района[3], театр с первых своих творческих шагов завоевал симпатии широких еврейских колхозных масс.
Его спектакли, близкие по содержанию и понятные по форме колхознику, своей эмоциональной насыщенностью помогают выполнению политическо-хозяйственных кампаний [4] и повышению культурного уровня колхозников.
Репертуар театра «Найт гедайгет» – Маркиша [5], «Бройт-фронт» – Гордона[6], «Девятнадцать-двадцать девять» по роману Гордона, малые формы Зельда, Гордона, Рискинда.
Достаточно указать на несколько отзывов, помещенных в прессе о работе театра, чтобы стала совершенно ясна его роль на селе.
«Колхозники по 7-8 раз ходили на один и тот же спектакль и каждый раз смотрели его с максимальной заинтересованностью; за 20-30 верст [7] едут колхозники смотреть спектакли».
«Театр сразу стал важным политико-культурным фактором, он разговаривает ежедневно с колхозными массами на их языке об интересах их социалистического роста и о задачах партии и соввласти на селе».
«Театр действительно рабоче-колхозный, – пишет тов[арищ] Эго в «Эмесе» [8] о спектакле «Нит гедайгет».
О работе театра, о правильно понятых театральным коллективом задачах, стоящих перед нашими театрами, имеются и другие письменные отзывы. Но все они сводятся к одному: 1-й колхозный еврейский театр включился в хозяйственно-организационное строительство еврейских нацрайонов [9].
Театр не ограничивается одними лишь театральными постановками, он проводит большую массовую работу среди колхозников. Выезжая в район, коллектив театра, разбиваясь на бригады, выпускает степные и стенные газеты [10], организует драматические и хоровые кружки, библиотеки, ленуголки [11] и др[угие]. Обследует столовые [12], снабжает колхозников агротехнической литературой. Зачастую, в случае необходимости, артисты работают на полевых работах.
Отсутствие помещения, твердой финансовой базы, отсутствие пособий для повышения квалификации коллектива, отсутствие квалифицированных кадров и основное отсутствие квалифицированных кадров заинтересованности пролетарской общественности, и отсутствие общественного мнения вокруг нашего театра, – вот с чем коллективу пришлось столкнуться на первых порах своего существования. Только коллектив, состоящий из рабочей молодежи, из комсомольцев-энтузиастов смог, работая в таких условиях, добиться определенных успехов. Театр молодой. Ему всего лишь год. Сейчас, на пороге нашего первого юбилея, надо с сожалением констатировать, что все трудности первого этапа остались в силе и на сегодня.
Как и раньше, коллектив театра находится в кошмарных материально-бытовых условиях, не получая по 2-3 м-ца зарплаты. Из-за отсутствия транспорта артистам приходится пешком обходить колхозы, таская на себе театральный инвентарь.
Средства, ассигнованные в виде дотаций по местному бюджету, сокращены. Общественные, профсоюзные, колхозные организации как центральные, так и местные, театру не помогают. Общественное мнение вокруг театра не организовано, ни одно из множества обещаний театру в помощи не исполнено. Организация советских писателей, в особенности на Украине [13], нас игнорирует. Ни Московский ГОСЕТ [14] (взявший над нами шефство), ни Харьковский ГОСЕТ [15] палец о палец не ударил для того, чтобы нам помочь в повышении квалификации ребят. Ясно, что при таких условиях дальнейшее существование театра поставлено под угрозу.
Пора, чтобы работа театра была оценена. Пора повернуться лицом к первому еврейскому рабочеколхозному театру. Пора принять все меры к его дальнейшему существованию и росту.
Директор и художественный руководитель театра И. С. Радомыский.
Стаття Ісаака Радомиського, директора й художнього керівника Першого державного єврейського робітничо-селянського (колгоспного) театру, належить до жанру службового прохання, адресованого публічно. Театр створили наприкінці 1931 р. в Сталіндорфському єврейському національному районі як подорожуючий колектив, покликаний обслуговувати колгоспне село й поєднувати виставу з агітацією за колективізацію та виконання господарських кампаній. Текст написано наприкінці 1932 — на початку 1933 р., на порозі першого “ювілею” театру, коли колектив, за словами автора, не мав приміщення, стабільного фінансування й транспорту, а зарплату затримували на 2–3 місяці. Публікація в московському виданні “Трибуна” виводила проблему з місцевого рівня, де її не вдавалося розв’язати, на рівень центральної преси. Адресатів було кілька: “пролетарська громадськість” як загальна аудиторія, профспілкові, колгоспні та письменницькі організації, від яких залежали гроші й кадри, і обидва державні єврейські театри, московський і харківський, які, за твердженням автора, не виконали обіцяної допомоги.
Основний аргумент Радомиського полягає в тому, що відсутність підтримки шкодить не театру, а справі партії. Тому він відтворює офіційну мову: наводить схвальні відгуки преси, розповідає про роботу артистів серед колгоспників (стінні та степові газети, гуртки, “обстеження” їдалень, робота на полях) і підкреслює, що театр “включився” в будівництво єврейських національних районів.
Цей текст показує, як культурна установа виправдовувала своє існування політичною корисністю, як працювала система патронату над нею й у яких умовах діяв такий колектив. Водночас оцінки діяльності театру, твердження про масову популярність на контрасті з поганими умовами праці, поданими керівником, який був зацікавлений показати колектив корисним, не можна приймати беззастережно і без перевірки іншими джерелами. Показовою є й мовчанка тексту: у розпал Голодомору автор жодним словом не згадує голод у районі, що, очевидно, свідчить про межі, в яких допускалася публічна розмова в 1933 р.